Более столетия мы и наши дети отторгнуты от изучения своего родового славянского языка
Монах Ферапонт (Рыбин)
В среде вольнодумцев возникает иногда странное, опрометчивое желание, чтобы язык богослужения стал русским. «Он, – говорят либеральные реформаторы разных рангов, – всем понятен». Желание отнюдь не новое. Оно искусно вкрадывалось, вползало в горделивые сердца по тайному мысленному действию диявола и во времена минувшие. В 1917 году Председатель Издательского совета при Святейшем Синоде архиепископ Никон (Рождественский), назначенный на эту высокую должность царём Николаем Вторым (1913 г.), богодухновенно свидетельствовал:
«Теперь кричат уже о замене церковнославянского языка русским даже в богослужении. Сохрани нас Бог от такого кощунства! Надо кричать наоборот – о том, чтобы учить детей по-славянски, начиная с букваря.
Не говорю уже о том, что язык материнский – матери-Церкви – должен быть им таким же родным, как и язык русский, потому что этот язык – отец русского языка: нельзя знать основательно родной русский язык без славянского. Когда затрудняешься найти корень русскаго слова, загляни в русско-славянский словарь – и тотчас найдёшь этот корень. Помню, ещё в семинарии спросил меня один преподаватель: где корни слов соловей, ладонь? Я тотчас же нашёлся и сказал: по-славянски соловей – славий от славы, славная или славящая птица; «ладонь» по-славянски «длань – далонь», от слова доль, «углубление». Ведь все корни русского – в славянском, это наш классический язык, язык как бы на то и созданный, чтобы на нём русский человек мог беседовать с Богом и небом. В этом языке мы видим свойства священного языка: от него веет благоуханием целомудрия, благоговения, молитвы…
Ах, если бы мы заставили себя – хоть насильно – поглубже вникнуть в богослужебныя книги! Постарались бы получше изучить сладостный язык богослужебный! Какая в нём поэзия, какая глубина мысли и красота слова! Вы открыли бы в нашем богослужении такие красоты, что сами удивились бы, что доселе не замечали их. Ныне говорят, что надо переводить службы на русский язык: да это – преступление против Церкви, против даже родного языка! Менять священный язык Церкви, полный красот и благоухания, на обыденный, житейский, – не значит ли Церковь Божию обращать в торговую площадь? Не проще ли нам самим получше изучить язык церковный, чем делать этот промен?» (Архиепископ Никон (Рождественский) «Козни врагов наших сокруши…» Дневники. М.: Сибирская благозвонница. 2008. С. 1216, 1253).
Более столетия мы и наши дети отторгнуты от изучения своего родового славянского языка. В общеобразовательной школе во всех классах выделяется еженедельно 3 часа на изучение английского языка. Зато нет ни минуты на освоение того языка, который сакрально приближает душу народную к Богу Слову, к Его Свету и Чистоте. Дракон поганый и его чада либеральные могут поздравить себя с внушительной и устойчивой победой в области российского образования. Ведь доселе никто и мизинцем не желает двинуть, чтобы начать исполнять Указ Президента (№ 809 от 9.11.22 г.), обязывающий укреплять традиционные духовно-нравственные ценности. Хотя торжество либеральщины по-прежнему продолжается, но часы её сочтены.
В России много народов, вер и языков. Какая сила объединила их в государство, безпримерно великое в истории мира? Даже те, кто знает историю на жиденькую и весьма условную тройку (я в их числе), не припишут строительство государства Российского ни раввинам, ни ханам, ни интернациональщине, ни масонщине, ни либеральщине, ни многоконфессиональщине, ни многопартийщине. Ведь всем неоспоримо известно: государство Российское созидалось державным трудом и подвигом русских князей и царей в теснейшем союзе с Церковью православной и душой народной. Поэтому и родилось богодухновенное триединое понятие: «Православие. Самодержавие. Народность». Поэтому богослов-мудрец Филарет Московский писал: «Царский венец не только главу Царя увенчивает, но увенчивает с тем вместе и благоустройство, и благосостояние, и благолепие царства» (Творения. Т. 4. М., 2007. С. 182). Над венцом царским возвышается Крест, через который животворно и победоносно действует всемогущая сила Бога Слова. Действует не магически или автоматически, а лишь при условии, если державный носитель венца сердечно исповедует веру православную, наиболее любезную Господу и Его Матери Пречистой. Весь мир знает, что благодатный огонь сходит ежегодно на Пасху не по многоконфессиональной, а лишь по православной молитве.
Крест своими четырьмя отрогами безконечно простирается во все стороны света, чтобы державно соединить их в своём центре. Вот сила сакральная, которая содействовала возвеличению Руси и собиранию разных народов и вер в единое государство! Здравомыслящие главы многих конфессий должны быть кровно заинтересованы в бытии веры православной: ведь без неё Россия погибнет. Ныне в одном окопе воюют мусульманин и православный. Тот и другой понимают: брань идёт с драконом поганым – безпощадным человекоубийцей и отцом лжи. Не случайно начальник чеченского «Ахмата» сказал: у нас общий враг.
Необходимо прямо, честно, без змеиных извивов, признать истину, подтверждённую всей нашей историей: Православие – державосозидающая вера, русские – державосозидающий народ, славяно-русский язык – державосозидающий язык. Мы не ведали и продолжаем не ведать, что творим: разделяем единый язык, отсекаем от русского языка его животворный славянский корень. В школе по-прежнему нет ни минуты на то, чтобы детская душа прикоснулась к слову, исшедшему от Бога Слова и сугубо проникнутому Его Светом, спасительным для нас и ненавистным дракону и его чадам.
Ведь именно поэтому выдворен из образования славянский язык: он особенно страшен, невыносим для всех видов либеральщины и её начальника преисподнего. Не мы лично совершили это государственно опасное деяние, но в нашей власти – возстановить в душе народной эту духовную опору русского языка, а, значит, и государства Российского.
В русском языке, благодаря его славянским корням, тоже светится слово Божие. Достаточно указать на Пушкина – «Небом избранного певца». Но сила сего света слабеет. Иначе и не может быть после целенаправленного, злодейски продуманного удара по нашему родовому исконному языку. Безцеремонно, захватным образом безчисленно вторгаются в языковую область России слова чужеродные. Идём, например, в офис и имеем дело с менеджером. Ау! Куда мы попали? В Псково-Печерском монастыре в начале сего века в течение двух лет я был старшим офиса. До сих пор не по себе становится от этого свистяще-шипящего слова. А оно уже заполонило землю русскую. На слово «сверхдержава» по-хамски наступает «супердержава». Подобным примерам несть числа. Видимо, русский язык лишь условно называется государственным, и до сих пор нет у него защитника верного. А, может, уже родился «Росрусязыкнадзор» и наведёт, наконец, порядок в области русского слова, жизненно важного для утверждения благородства в душе народной и для укрепления безопасности государственной?
Монах Ферапонт (Рыбин), насельник Кирилло-Белозерского монастыря
Источник: РНЛ
