Епископ Бишкекский и Кыргызстанский Савватий
«Деньги лишают мужества» — генералиссимус Суворов Не деньги препятствие для подвига и победы, а опора логики мотивации на них. Это не праздный вопрос при комплектовании армии по контракту. Кто считает, что он-то свободен от их влияния на волю, пусть вспомнит Суворова, который, опасаясь отрицательного действия денег на душу, никогда не носил их с собой и очень много жертвовал в церкви, тюрьмы и просто нуждающимся, тайно избавляясь от денег.
«Деньги дороги, жизнь человеческая ещё дороже, а время дороже всего».
Суворов не брал денег, даже когда предлагала императрица, поскольку устав запрещал брать деньги на посту. Это не просто психология. Есть бес сребролюбия, как бес блуда, гнева или уныния. Дело беса не в убытке здоровья, благополучия и настроения, а в изменении сознания. Нерадивые монахи, как правило, предприимчивые весельчаки. Дело беса — удалить ум и сердце от Бога, молитвы, священного писания и жертвенного служения. Удалить от радости жертвы, труда, любви. Без всего этого не может быть продвижения общества и общих побед.
Нет в армии полноценного статуса военного духовенства. Те кто не гибнут в Армии, не могут принять решение. А штатный военный священник, имея статус гражданского персонала, не может появиться в местах, где смерть и опасность. Священник зависим, вместо того чтобы направлять на фронте деятельность по освобождению солдата от зависимости страха смерти, и вообще от страха, уныния и печали, недобросовестности. Честь и совесть не поддерживаются, не питаются полноценно основами русской духовности. Герой России протоиерей Михаил говорил: «Священник в армии нужен больше чем автомат».
Священник в армии нужен больше чем автомат.
Священникам, как партизанам, как чужим среди своих, приходится, обходя запреты, самим пробираться на передовую. Но над возможностью появления священника на передовой работали. И стало меньше сообщений о гибели священников.
Каково количество гибнущих воинов, таков должен быть и процент погибших священников. Можно священника на пушечный выстрел не подпускать к тыловым штабам, если они кому-то там мешают, но почему на фронт нельзя? Замполиты погибают, а священники чем хуже?
Петр I ввёл штатных военных священников, мы же до сих пор восстановить не можем. Были полковые священники, имамы, ламы. Сейчас в армиях мира и даже в ВСУ — капелланы. К стойкости украинских солдат, окормляемых капеланами есть претензии?
Нужно дать военным священникам право со словами Христос Воскресе помирать со своей паствой, а военной пастве иметь в местах перехода в вечность духовного пастыря. Деньги там не работают. Перед лицом смерти ничто не работает, только дух! Знаю не понаслышке и потому говорю. Пока этот вопрос не решится на государственном уровне, слова: «С нами Бог» будут для нас только не реализованным в полноте, желаемым. СВО началось в день святого праведного воина Феодора Ушакова, на иконе которого написано: «Не отчаивайтесь! Сии грозные бури обратятся ко славе России!»
«Не отчаивайтесь! Сии грозные бури обратятся ко славе России!»
Пока еще идут бури.
Слава России не в когтях медведя и бересте на деревьях, и тем более не в количестве развезённой по всей планете нефти. Слава России в добровольном восхождении её на крест святости. Для начала, нужно просто поднять глаза к небу. Самый простой немощный священник пробуждает совесть, он везде мешает, и потому он не удобен и не угоден. Не принимая служителя Бога, мы не принимаем Самого Бога и его Славы. Отвергая духовенство мы отвергаем ДУХ и остаёмся со слабеющей плотью и замполитами с полит-технологиями. (Сами замполиты то же нужны, и хорошо себя показали на СВО, но священника и имама им не заменить, это показало крушение Советского Союза.) Отвергая священство мы отвергаем «отцов оставивших нам традиции и Веру». Нужно перестроить всю гуманитарную сферу для понимание и превращения труда в армии, экономике, образовании и государственном строительстве, в сознательный святой подвиг — тогда придёт подлинная Победа и Слава.
Источник: Telegram Web
